Э.: Мы познакомились в общей компании, это было довольно любопытно, потому что Н. училась в Израиле.. Компания была общая, но мы не пересекались..

Н.: Ты дружила с моими друзьями, которые должны были дружить только со мной. Ты меня бесила этим, очень сильно...

Сразу было понятно, что это человек, с которым, скорее всего, все будет серьезно, и что я хочу с ним жить..

Э.

Э.: Это было довольно давно - 7 лет назад. Потом мы начали как-то общаться. Мы слышали рекомендации друг о друге, они были хорошие.. В итоге, когда Н. вернулась, мы познакомились. Через неделю мы начали встречаться, а жить вместе - через полтора месяца. Сразу было понятно, что это человек, с которым, скорее всего, все будет серьезно, и что я хочу с ним жить..

У меня довольно сложная история с принятием себя, потому что я, некоторым образом, жертва гетеросексуальной пропаганды. Я долгое время старалась построить отношения с мужчинами, старалась быть правильной. Но я чувствовала, что происходит что-то не то. Как только я полностью осознала себя, набрала какой-то опыт с девушками, на тот момент мне было уже 26 лет, я поняла, что хочу строить семью с женщиной.

Н.: У нас разница в возрасте семь лет. Мне было 19 лет, когда мы познакомились.. Мне с ровесниками всегда было очень тяжело, мне они до сих пор кажутся какими-то странными. Просто мы абсолютно разные, с разными ценностями, разными взглядами на жизнь.. У меня с родственниками не особо хорошие отношения. Только с папой хорошие отношения, а с остальными - нет. При первой же возможности я уехала от них в Израиль. Я училась на востоковеда в МГУ, практику проходила в Израиле.

Э.: В отличии от меня, хотя Н. моложе, у нее принятие было куда более органичным и произошло раньше, но по опыту мы по сути равны.

Н.: Э. абсолютно идеальный человек, в том плане, что мне хотелось быть такой: спокойной, логичной, уверенной в себе, но, пожалуй, быть с таким человеком, лучше, чем быть таким человеком. Это - каждый день быть в восхищении. Обычно мне с людьми довольно тяжело общаться, я довольно интровертна. Э.- это единственный человек, которого я могу видеть каждый день и не хотеть убить.. А еще она мне очень понравилась внешне - рыжие волосы и веснушки, это очень клево. Я очень люблю рыжие волосы..

Э.: Меня мама часто спрашивает: "Вы же живете вместе, вы не хотите отдохнуть друг от друга? Вам не надоело?"

Н.: Э. очень терпеливая, очень принимающая и более способная работать над отношениями, чем я.. Э. проще подстроиться под меня, она больше способна к компромиссу.. Я довольно эгоистичная. До сих пор удивляюсь, что человек меня принимает..

Э.: Есть такое мнение, что в отношениях очень важно не терять себя, но мне кажется, что важно и другое, потому что, если ты остаешься совсем таким же, каким ты был, то не возникает ячейка из двоих. Пол, в данном случае, не важен. Важна совместимость и готовность идти на компромисс взаимный..

Н.: Я тоже иду на компромисс, но гораздо-гораздо меньше. Я гораздо более вредная. Три кота - это моя инициатива..

Э.: Белая кошка жила у меня до Н., она очень старая, переезжала с квартиры на квартиру. Она с улицы, и я не могу сказать сколько ей лет..

Н.: А это еще одна уличная кошка. Она - моя. Это вислоухая кошка, я с детства хотела такую кошку. Мы взяли ее с передержки, она была страшная, худая, и она не подходит под стандарты породы. Я откормила ее. А этого кота мы подобрали, когда возили ее стерилизовать. Котенок выбежал из под машины, залез мне на плечо и заурчал, я поняла, что он мне нужен..

Э.: Семь лет мы вместе. Второй год — женаты..

Э.- это единственный человек, которого я могу видеть каждый день и не хотеть убить..

Н.

Когда мы поженились, для России это было необычно. Мы это сделали, потому что хотели пожениться. На самом деле, мы хотели пожениться очень давно. Предложение было сделано в первый же месяц совместной жизни. Причем до этого у меня были отношения, и мне делались предложения не раз, и я всегда находила какие-то отговорки. У меня никогда не было этого - что нужен брак. А тут я подумала - надо окольцевать. В то время для иностранцев браки были разрешены только в Канаде и в ЮАР. Естественно, это очень дорого стоило и виза.. возможности не было. Потом я узнала про Данию, и мы сами прошли эту процедуру..

Н.: Они такие медленные.. скандинавы.. Мы хотели сделать в августе, к пятой годовщине наших отношений, а в итоге сделали в сентябре.. В принципе, я считаю, если жить в утопическом обществе, институт брака - это то, что должно быть упразднено.. Я с Э. и так буду вместе. Но меня всегда задевало, что мои бывшие одноклассницы, сокурсницы, мои родственницы, могут выйти замуж, а я не могу пожениться.. Это такая несправедливость, и именно из-за этой несправедливости для меня это было очень важно.

Э.: Еще есть такой момент, когда ты состоишь в браке, если тебе нужно очень быстро куда-то выехать, то к родственнику - это одно, а просто к другому человеку - другое. У нас была ситуация, когда я ездила на лечение, и Н. не могла поехать со мной, она не могла получить срочную визу.. Потом она визу получила, но это было фигово..

Н.: Это большие сложности..

Э.: Отсутствие признания на национальном уровне вызывает желание добиться признания хотя бы где-то, и это очень хорошо влияет на самооценку. Ты себя чувствуешь человеком, на тебя не смотрят как на чудо..

Н.: Я своему папе сказала о том, что мы поженились. Мама Э. знает. Друзья - понятно..

Э.: Соответственно, мы поменяли статусы на Фейсбуке, и у меня в Одноклассниках, в Фейсбуке, стоит, что у меня брак с женщиной. ВКонтакте заблокирована такая возможность.

Н.: Мы общались с датчанами и никто не удивлялся..

На самом деле, мы хотели пожениться очень давно. Предложение было сделано в первый же месяц совместной жизни...

Э.

Э.: На регистрации все были очень доброжелательные и милые, было видно, что человек тебя женит, ему не важно кто ты, ему важно, что ты вступаешь в союз, и он счастлив за тебя..

Н.: Мы московско-питерская пара. Мы два года жили в Москве, пока я не закончила универ.. У нас с Э. общее дело, мы занимаемся натуральными духами. После того, как я окончила университет, мы переехали в Питер и поскольку у нас коты, мы ехали на автобусе 10 часов со всеми вещами и котами.. В Петербург мы переехали, потому что это самое западное и самое прогрессивное место, а еще подальше от моих родственников ..

Э.: Мы переехали ровно за год до того, когда был принят всем известный закон, а принят он был вначале именно в Петербурге. Это был шок. Мы приехали в самый прогрессивный город России, у нас же их по сути всего два, Москва и Питер. Это на всех повлияло. Если, конечно, ты себя позиционируешь, что я сижу в шкафу и мне о'кей, говоришь всем, что мы братики и сестрички, и так будешь жить до старости - тогда это не влияет, да.

Мы изначально такими не были. Никто не обязан нас любить, но объявлять вне закона и говорить вещи, которые ты не можешь даже опровергнуть, потому что они абсурдны.. Когда вся страна тебя объявляет плохим, а ты не понимаешь почему ты плохой. Потом началась агрессия и она пошла сильнее..

Н.: Этот закон влияет не только на ЛГБТ-сообщество, он влияет на всех. Раньше люди жили и не знали, что геи виноваты во всем, теперь знают. Поиск общего врага - это российская национальная идея, со времен еще царских..

Этот закон влияет не только на ЛГБТ-сообщество, он влияет на всех. Раньше люди жили и не знали, что геи виноваты во всем, теперь знают...

Н.

Э.: Мои родственники приняли нас, но они были всегда прозападные. Они у меня из раскулаченных, они не очень любят эту советскую красоту. И еще я такой человек, я бы не дала им не спокойно к этому отнестись..

Н.: Мой папа относится к нам хорошо, мы общаемся, он приезжает со своей нынешней женой. Бабушка тоже более-менее нормально относится. Мать нас ненавидит, хотя сейчас делает вид, что не ненавидит.. Но я ей не доверяю, потому, что человек, который желал мне смерти два года подряд, а потом внезапно стал милым..

Э.: У меня есть несколько знакомых, которые очень сильно ударились в религию, начали говорить о грехах, и наши отношения закончились, потому что, если им было о'кей общаться через призму, что я грешница, то мне не о'кей. Я интересуюсь теологией, вопросами религии, и я знаю, что они не правы. У них это была агрессия чисто вербальная, а бывает агрессия физическая..

Н.: Я вообще параноик. Э. более смелая, она в принципе более решительный человек..

Э.: Н. часто боится проявлять чувства на улице. На самом деле, это двойственный вопрос. С одной стороны, хочется не бояться, и злит, что ты боишься, это унизительно, что ты боишься каждый день, а с другой стороны ты должен бояться, ты же хочешь жить, ты хочешь чтобы кошки были накормлены, чтобы мама на могилу не приходила. И я, на самом деле, не знаю, что правильно.

Н.: По крайней мере, я могу фильтровать свой круг общения. Я могу не работать на работе, на которой приходится врать каждый день и выслушивать вопросы: "Когда я выйду замуж?". В пространстве, где я могу быть собой, я буду собой.

Я не могу написать про свою семью не потому, что я не люблю семейную жизнь, а потому, что в нашем обществе нет места для такой семьи, как моя...

Э.

Э.: У нас небольшой бизнес, совсем маленький, скромненький, но в этом бизнесе есть клиенты.. Я отдаю себе отчет, что часть людей могут узнать и они могут не сделать покупку. Для них лучше, если бы у меня был патриархальный имидж, с мужем и детьми.. Я не могу написать про свою семью не потому, что я не люблю семейную жизнь, а потому, что в нашем обществе нет места для такой семьи, как моя. Самое любопытное, что не объявишь, что это дискриминация, это вообще не наказуемо.

Э.: У нас есть немножечко активизма. Мы волонтеры Выхода. Еще ходим в школу паралигалов, это люди без специального юридического образования, но могут помочь другим, зная законы, случаи каких-то ущемлений и т.д.

Н.: Знать свои права хотя бы в каких-то рамках, это важно. Я не могу сказать, что я активист по натуре. Э. у нас скорее активист..

Э.: По сути, для меня это интервью тоже часть активизма. Потому что активизм - это не только, когда ты выходишь на улицу, активизм - это, когда ты говоришь, что ты есть. Многие люди считают, что гомосексуалов очень мало..

Н.: Если бы про нашу семью снимали фильм - это был бы британский ситком. Типичный британский ситком. Весело и немножко безумно..

У ситкомов, особенно британских, всегда есть двойное дно. Они очень часто довольно драматичны своим бэкграундом..

Э.: В британском ситкоме все происходит снаружи. У нас основная драма происходит снаружи. Есть мы, а есть мир. Мы более объединены друг с другом, чем с миром. В мире есть много чего интересного, но друг для друга мы более ценные..

Э.: Есть некоторые удовольствие от преодоления своего страха. Например, сейчас мы стали активнее заниматься всякой волонтерской деятельностью - это может привести к чему угодно, включая тюремное заключение.. Пять лет назад мы переехали в Петербург, это было мощное изменение. Плюс за это время мы сменили род деятельности, это тоже изменение. Когда ты начинаешь свой бизнес из ничего, это очень страшно...

Н.: Мой папа дал тебе свою печать ИП. Папа тебе посоветовал...

Многие ЛГБТ говорят, что им не нужен брак, им и так хорошо. Они просто не сталкивались с ситуацией, когда это действительно серьезно...

Э.

Э.: Заниматься собственным бизнесом я начала, еще когда я лежала в больнице, от нечего делать. Я поняла, что не смогу заниматься своей прежней деятельностью, да и не хочу. Это отвлекало. Правда, сейчас направленность бизнеса уже другая совсем... У меня был рак, и суть таких болезней в том, что ты не знаешь, когда это повторится. Как раз тогда я лечилась, причем у нас это не лечат, вернее, если бы я лечилась у нас, я бы уже была мертва. Именно тогда мы впервые серьезно столкнулись с тем, что у нас нет законодательной связи, нет гарантий. Это было действительно страшно. Многие ЛГБТ говорят, что им не нужен брак, им и так хорошо. Они просто не сталкивались с ситуацией, когда это действительно серьезно.. Это был важный опыт для нашей семьи.

Н.: Если говорить об изменениях связанных с болезнью, я окончательно перестала общаться с матерью, это хорошее изменение..

Э.: Мои родственники очень прониклись поведением Н.. С тех пор они ее просто обожают. Передают приветы. Моя мама была поражена, прямо скажем, не каждый муж в России выдержит больную жену, пусть и временно. Моя мать, как женщина опытная, видела всякие разные вещи, и поэтому она просто не ожидала..

Э.: В результате, я начала заниматься тем, чем я хотела. Я всегда хотела работать на себя, но не могла решиться. Я поняла, что если ты можешь умереть завтра, то зачем бояться. В определенном смысле это был позитивный опыт. Но это и ограничивает. Я не могу позволить себе очень активный активизм. Я не могу, например, прочесть лекцию, стараюсь избегать ситуаций, где есть риск задержания, а сегодня у нас половина активистской деятельности оказывается как бы вне закона. В разумных пределах, потому что совсем бояться противно. Зато мы стараемся по-возможности участвовать в различных мероприятиях..

О болезнях ЛГБТ-людей - это очень важная проблема. Ужасно, что у нас нет никаких механизмов, чтобы хотя бы не беспокоиться, что твоего партнера не допустят к тебе, не позволят решать твою судьбу, пока ты недееспособен, или, не дай бог, не отдадут ему твое тело..

Н.: Я не люблю прогнозировать будущее и никогда не любила. Я стараюсь не иметь никаких ожиданий, чтобы не разочаровываться. Реальность - она для планов, она не для мечтаний... Мы очень любим гулять, ездить, путешествовать. Я очень люблю ходить пешком. В идеале я бы хотела жить в теплом месте и гулять круглый год. Ходить ногами, это так здорово. Мы обе любим ходить. Мы постоянно читаем...

Э.: Когда мы думаем о будущем, то это очень близкое будущее. Это планы на самое ближайшее время. В будущем может случиться все. Человек может умереть, например. Основное будущее для нас, позитивное - это то, в котором мы вместе. И если мы в нем будем вместе, то тот или иной поворот, он нас устроит. Если он нас не устроит, то мы сделаем что-то, чтобы он нас устраивал. Найдем какой-нибудь обходной путь...